Психологические механизмы нарушения чувства юмора при шизофрении и циклотимии.

June 15th, 2009 — admin

«Психиатрия», 2005 №3, с. 60-65

Психологические механизмы нарушения чувства юмора при шизофрении и циклотимии.

Е. М. Иванова, С. Н. Ениколопов, М. Ю. Максимова

Ф-т психологии МГУ, отдел клинической психологии НЦПЗ РАМН

В статье представлены результаты эмпирического исследования, посвящённого изучению механизмов нарушения чувства юмора при шизофрении и аффективных расстройствах у больных юношеского и молодого возраста. С помощью качественного анализа высказываний испытуемых при восприятии набора анекдотов выявлены некоторые механизмы нарушения чувства юмора: интеллектуальные, эмоциональные и личностные. Кроме того, при исследовании реакций испытуемых на юмористические и неюмористические высказывания было показано, что пациенты со снижением способности к пониманию смешного могут узнавать юмор, ориентируясь на литературную форму шутки или на эмоциональную окраску содержащейся в ней ситуации. Несмотря на то, что исследование сфокусировано на изучении механизмов нарушения чувства юмора, были сделаны предположения об особенностях нарушений чувства юмора при шизофрении и аффективных расстройствах.

Ключевые слова: чувство юмора, остроумие, шизофрения, циклотимия.

The article presents an empirical research of sense of humor disorders in young patients with schizophrenia and cyclothymia. Using qualitative analysis of the subjects’ reactions to some anecdotes, several mechanisms of sense of humor disorders are distinguished: intellectual, emotional and personal ones. Then by way of presenting to the subjects both humoristic and nonhumoristic stimuli it was revealed that patients may recognize humor by literary form of a joke or by general emotional impression of the situation described in a joke. Although the research was focused on the mechanisms of sense of humor disorders in general, it also describes the specific features of schizophrenic and cyclothymic patients’ sense of humor.

Key words: sense of humor, wit, schizophrenia, cyclothymia.

В современной психологии можно выделить два основных направления исследований чувства юмора. Первое связано с возможностью использования чувства юмора пациентов в целях диагностики и терапии. Здесь клинические данные тесно связаны с исследованиями чувства юмора в рамках дифференциальной психологии и психофизиологии, направленными на подтверждение адаптивного характера юмора и смеха. Так, было показано, что физиологические изменения, сопровождающие смех, могут приводить к снижению болевой чувствительности, а также способствовать повышению иммунитета [8]. В дифференциальной психологии выделяются компоненты чувства юмора, такие как чувствительность к юмору, любовь к юмору, способность использовать юмор в стрессовых ситуациях и др., и создаются специальные шкалы для измерения этих факторов [5]. Получены корреляции чувства юмора с чертами личности, повышающими адаптивность (стрессоустойчивостью, уверенностью в себе и др. [5]).

Второе направление связано с описанием особенностей чувства юмора пациентов при разных психических заболеваниях [3], [6].

Предлагаемое исследование выполнено в русле последнего направления. Его целью является выявление различных механизмов нарушения чувства юмора, а также путей его компенсации у пациентов, страдающих психическими расстройствами. А. Н. Лук [3], [4] считал, что чувство юмора психически больных качественно отличается от чувства юмора психически здоровых лиц, причём его характер зависит от того, преобладают ли у больного нарушения в интеллектуальной или эмоциональной сфере. Мы приняли эту гипотезу за основную и предположили также, что при снижении способности воспринимать юмор формируются различные компенсаторные явления, позволяющие сделать снижение этой функции менее заметным для окружающих. Была выдвинута гипотеза о том, что психически больные люди при снижении способности непосредственно чувствовать смешное, могут определять юмор а) по специфической литературной форме; б) по эмоциональной окраске содержащейся в анекдоте ситуации.

Материалы и методы. Исследование выполнено на базе отдела эндогенных психических расстройств и аффективных состояний НЦПЗ РАМН (руководитель отдела – проф. Пантелеева Г. П.). В исследовании приняли участие 39 испытуемых мужского пола в возрасте 18-29 лет, в основном, с высшим или неоконченным высшим образованием. В экспериментальную группу всего вошло 32 человека: больные приступообразно-прогредиентной шизофренией, соответствующие по МКБ-10 рубрикам F-20.0, F-20.1, F-20.3 (14 человек); вялотекущей шизофренией, соответствующие рубрике F-21.0 (11 человек) и аффективным расстройством, соответствующие по МКБ-10 рубрикам F-32.0, F-32.1, F-32.2 (7 человек). Критериями исключения из исследования являлись преобладание в клинической картине негативных изменений, а также наличие выраженной органической патологии. В период обследования больные находились в состоянии относительной ремиссии. Контрольную группу составили условно психически здоровые испытуемые (7 человек).

Процедура включала стандартное патопсихологическое обследование (для испытуемых экспериментальных групп), предварительную беседу и две методики, специально разработанные нами на основе пилотажного исследования.

В ходе предварительной беседы задавались вопросы о том, какую роль играет юмор в жизни испытуемого: принято ли шутить в его семье, любит ли он больше шутить или смеяться над шутками других, ценит ли комедии или анекдоты; может ли посмеяться над собой; считает ли, что чувство юмора помогает преодолевать трудности, и т. п.

Методика 1. Первая методика представляла собой оценку и обсуждение 10-ти специально подобранных анекдотов, среди которых был один неюмористический афоризм для проверки способности испытуемых отличать юмор от неюмористических высказываний. Предлагалось оценить остроумность каждого анекдота по шкале от 0 до 10, сформулировать его смысл, представить себя на месте кого-либо из персонажей и описать свои чувства в такой ситуации. Проводился качественный анализ комментариев испытуемых для выявления возможных механизмов нарушения чувства юмора и сравнения их особенностей у испытуемых разных групп.

Методика 2 представляла собой набор юмористических фраз [2]. Все они являлись каламбурами и основывались на одном и том же приёме – замене логически ожидаемых слов. Например: «В каждой женщине должна быть своя безуминка». К каждой из этих фраз была напечатана пара без замены слова. Например: «В каждой женщине должна быть своя изюминка». Мы подготовили 5 пар подобных фраз, содержание которых было различным (юмористическим или неюмористическим), а форма – одинаковой. Фразы были напечатаны на отдельных карточках и перемешивались. Испытуемых просили разделить их на юмористические и неюмористические. Предполагалось, что если чувство смешного не возникает, то больной не сможет правильно выполнить задание, т. к. все другие признаки в парах фраз совпадали.

Результаты. Различия в особенностях восприятия и реагирования на юмор между участниками экспериментальной и контрольной групп выявлялись уже в рамках предварительной беседы. Так, пациенты, у которых была диагностирована приступообразно-прогредиентная шизофрения, воспринимали понятие «юмор», скорее, как насмешку, злое высмеивание. Поэтому большинство из них (8 из 12ти) на вопрос о том, могут ли они смеяться сами над собой, ответили «нет». Среди больных вялотекущей шизофренией отрицательный ответ встретился лишь у 3 из 10ти испытуемых, а среди больных циклотимией – только у 1 из 7ми. Важно отметить, что абсолютно все здоровые испытуемые на вопрос о допустимости самоиронии ответили утвердительно. По-видимому, для здоровых испытуемых, как и для больных с диагнозом аффективного расстройства, способность к самоиронии являлась важным показателем наличия чувства юмора вообще и представлялась как социально желательная черта. Больные приступообразно-прогредиентной шизофренией воспринимали склонность к самоиронии как негативную черту, признак агрессивности.

Методика 1. При использовании методики 1 первоначально была предпринята попытка «прямо» измерить реакцию испытуемых при восприятии анекдотов. Подсчитывалось количество смеховых реакций (улыбок и смеха), а также количество баллов при оценивании испытуемыми анекдотов. Полученные результаты обнаружили большой разброс данных при отсутствии чётких тенденций. Этот факт подтверждает выдвинутый тезис о том, что при психических заболеваниях чувство юмора не «исчезает», а приобретает своеобразную окраску.

Выявленные нами механизмы нарушения чувства юмора можно условно разделить на интеллектуальные, эмоциональные и личностные. Нарушения мышления, характерные для больных шизофренией, часто приводили к неадекватному интеллектуальному пониманию ими анекдотов. Например, испытуемый А. (приступообразно-прогредиентная шизофрения) так объясняет суть анекдота про чукчей («Чукчи играли в жмурки и потерялись»).

Насмехаются над узкими глазами чукчей, а я не люблю, когда насмехаются над кем-то. Узкие глаза – поэтому потерялись. Было выбрано слишком большое поле для действий…[для игры в жмурки].

Этот отрывок мы привели потому, что подобный ответ встречался достаточно часто. Название игры – «жмурки» – ассоциируется не с правилами игры, а с однокоренным словом «жмуриться». Несмотря на этимологическую близость этих слов, логически они в данном случае довольно далеки, т. к. по правилам игры водящий не «жмурится», а ему завязывают глаза. Таким образом, ассоциация «жмурки» – «жмуриться» – «узкие глаза у чукчей» образуется фактически по сходному звучанию слов, а не по сходному смыслу, и сводится к стандартному обобщению по латентному признаку.

Было установлено также, что ориентация на латентный признак у больных шизофренией может приводить как к исчезновению чувства смешного, так и к его возникновению. Довольно распространённым феноменом среди этих испытуемых было спонтанное привнесение юмористического смысла в неюмористическое содержание. Так, например, содержание неюмористического афоризма («Гений – один процент вдохновения и девяносто девять процентов пота») испытуемый Б. (вялотекущая шизофрения) интерпретирует следующим образом:

Смешно, если только в прямом смысле понять: буквально «гений из пота.»

Таким образом, у больных шизофренией, в отличие от здоровых испытуемых, в сознании актуализируется и прямой, и переносный смысл выражения «99% пота». Афоризм посчитали анекдотом трое больных приступообразно-прогредиентной шизофренией и один – вялотекущей. В контрольной группе, а также в группе больных с аффективными расстройствами, не было ни одного подобного ответа. Все они выделили этот текст как изречение, афоризм, лишённый юмористического смысла.

Следующий из выявленных механизмов касался особенностей идентификации, т. е. был наиболее тесно связан с личностной сферой. Как уже отмечалось выше, при обсуждении текстов юмористических историй ставилась задача выявить, с кем из персонажей испытуемый идентифицирует себя при чтении анекдота. Иногда пациентами давался прямой ответ, в противном случае, как правило, можно было установить идентификацию по контексту: описанию чувств персонажей, спонтанным комментариям, особенностям биографии испытуемого. Анализ протоколов позволил выделить для каждого анекдота «адекватную» и «неадекватную» идентификацию. Как правило, анекдоты в более или менее явной форме содержат насмешку, объектами которой становятся представители определённых социальных групп, профессий, национальностей и т. п. Для того чтобы возникло чувство смешного, читатель должен представить себя на месте высмеивающего – адекватная идентификация. Если же он по тем или иным причинам представляет себя на месте высмеиваемой жертвы – неадекватная идентификация, – то, очевидно, что чувство смешного не возникнет. Следовательно, при устойчивой неадекватной идентификации чувство юмора снижается.

Безусловно, в каждом конкретном случае идентификация с персонажами анекдотов зависит от личностных качеств, особенностей биографии испытуемого, его половой, национальной, профессиональной принадлежности и др. Случаи неадекватной идентификации встречались как в экспериментальных группах, так и в контрольной. Однако при этом во всех экспериментальных группах неадекватная идентификация встречалась почти в 2 раза чаще, чем в контрольной, и не всегда можно было выявить её связь с особенностями личности испытуемого, его биографическими данными, конкретными жизненными обстоятельствами. Например, испытуемый В. (приступообразно-прогредиентная шизофрения) так интерпретирует анекдот про владельца пейджера («Абонент, владелец пейджера: – Девушка, до меня не доходят сообщения! Оператор: – Прочтите их еще раз.»):

0 баллов, несмешной анекдот. Сообщения абонент не может прочесть, которые приходят. Он думает, что не доходят, сигнала нет. Оператор думает, что он чего-то в них не замечает, а абонент – что сигнал не доходит. Эта разность и создает смех. По-разному думают о причинах недосягаемости сигнала. Представляю себя на месте абонента. Я был бы в замешательстве. Она меня не поняла. Я сказал бы, что не доходят сообщения. Испытуемый правильно объясняет смысл анекдота, однако, идентифицируется «неадекватно» и, соответственно, чувство смешного не возникает.

Логично предположить, что факторами нарушения чувства юмора вследствие неадекватной идентификации являются характерная для больных шизофренией разноплановость мышления, а также наличие паранойяльных черт личности.

Результаты, полученные с помощью методики 1, были сопоставлены с данными патопсихологического обследования больных. В целом они обнаруживают большое сходство. Те испытуемые, больные шизофренией, у которых по результатам обследования было выявлено искажение процессов обобщения, демонстрировали соскальзывания на побочные ассоциации и при интерпретации анекдотов. Для испытуемых с приступообразно-прогредиентной шизофренией, с повышенной готовностью к формированию параноидного синдрома, были характерны неадекватные идентификации.

Больные с аффективными расстройствами при интерпретации анекдотов допускали больше «ошибок», чем при выполнении стандартных патопсихологических методик. Однако в беседе эти пациенты в основном сообщали о том, что для них быть объектом юмора вполне «нормально». Поэтому можно предположить, что снижение способности к пониманию анекдотов, а также неадекватность идентификации у испытуемых этой группы обусловлены не искажением процессов обобщения, а другими факторами. Например, можно допустить влияние неосознаваемых защитных механизмов личности. Обратимся к конкретным примерам.

Испытуемому Г. (МДП) предлагается следующий анекдот: «Приходит девушка наниматься на работу секретаршей. Заходит в кабинет, а там сидит мужик и что-то пишет. Она начала объяснять, что она по объявлению и т.д. Он, не отрываясь от работы, достает из ящика письменного стола с надписью “Анкеты” маленький купальник, кидает его на стол и говорит:

-Заполните!»

Испытуемый Г. (МДП) интерпретирует этот анекдот:

1-2 балла. Не понял смысл. Заполнить надо купальник вместо анкеты. Наниматель перепутал анкету с купальником. Рассказывает аналогичную ситуацию, произошедшую с его другом. Друг нанимал секретаршу и, когда девушка позвонила ему по объявлению, он решил пошутить: спросил про размер ожидаемой зарплаты, а потом – про размер её груди (смеётся).

Ситуация с другом, рассказанная этим больным как аналогичная данному анекдоту, показывает, что больной хорошо понял смысл анекдота и считает его смешным. Однако даже при наличии у него после появления такой ассоциации он настаивает, что не понял анекдот и что тот не смешной.

Анализ протоколов проведённых обследований у изученных больных позволил выделить также нарушения чувства юмора, связанные с собственно эмоциональной сферой. Как правило, в анекдотах высмеивается то, что в реальной жизни вызывает негативные эмоции [5]. Если у человека нет опыта переживания негативных эмоций по отношению к объекту юмора, анекдот не будет оценен им как смешной. Анализ протоколов позволил выделить 2 варианта подобных случаев, в которых чувство смешного действительно не возникало: 1) испытуемый в своей жизни никогда не сталкивался с объектом юмора; 2) испытуемый имеет представление об объекте юмора, однако, не испытывал в подобной ситуации негативных эмоций. Можно предположить, что у больных шизофренией в результате уплощения эмоций в повседневном опыте аффективные состояния могут не достигать той интенсивности, которая должна приводить к смеху при чтении соответствующего анекдота. Испытуемый Д. (приступообразно-прогредиентная шизофрения) комментирует анекдот про компьютер: «Если завис компьютер, выдерни шнур, выдави стекло».

Здесь нет соли. Взяли, одно с другим соединили и всё. В автобусе такая надпись висит. Я сам программист, но у меня всё отлажено. Иногда, конечно, зависает компьютер, тогда я его просто спокойно перезагружаю. Испытуемый Д. демонстрирует отсутствие эмоционального отношения в ситуации, которая для любого другого программиста была бы значимой.

Выше была высказана гипотеза о том, что при нарушениях чувства юмора аффективная окраска содержания шутки в целом может становиться для больных критерием оценки анекдота. Гипотеза о наличии такого компенсаторного механизма подтвердилась. Например, испытуемый Е. (приступообразно-прогредиентная шизофрения) аргументирует свою высокую оценку анекдота про чукчей: Я питаю к чукчам тёплые чувства: они живут на природе, далеко от людей… Тот же испытуемый, анекдот про мальчика на побегушках: «Продается мальчик на побегушках, пробег 300 верст».

2 балла. Продаётся мальчик… уже не нравится, мысль остановилась. Не понимаю, как у него может быть пробег, это только у машины.

Методика 2. Полученные результаты показали, что только больные приступообразно-прогредиентной шизофренией не всегда могут отличить анекдот от неюмористического текста. При этом одним из критериев узнавания юмора для них является литературная форма текста. Испытуемые этой группы раскладывали фразы неправильно почти в 50% случаев. Среди здоровых испытуемых, а также больных с аффективными расстройствами и вялотекущей шизофренией ошибок не наблюдалось. Эти данные хорошо соотносятся с результатами, полученными по методике 1, описанными выше, где испытуемые должны были узнать неюмористический афоризм в ряду анекдотов.

Обсуждение результатов. Полученные результаты показали, что испытуемые экспериментальных групп в целом смеются и позитивно оценивают не меньшее количество анекдотов, чем контрольная группа. Таким образом, чувство юмора при данных психических нарушениях не «снижается», а приобретает своеобразную окраску. В связи с этим огромный интерес представляет анализ единичных случаев, т. е. конкретных интерпретаций больными анекдотов, что в некоторой степени осуществилось в данной работе, но требует дальнейших исследований. Были выделены некоторые интеллектуальные, эмоциональные и личностные механизмы нарушения чувства юмора. «Ошибки» всех типов в принципе встречались как у больных, так и у здоровых испытуемых. Поэтому можно говорить об отсутствии жёстких границ между нормой и патологией в отношении особенностей чувства юмора. Этот вывод хорошо согласуется с общими представлениями о норме и патологии в отечественной патопсихологии [1].

В настоящем исследовании предметом изучения были не столько психические заболевания, сколько сами нарушения чувства юмора, поэтому вопрос о дифференциальной диагностике специально не ставился. Тем не менее, полученные результаты позволяют сделать предварительные выводы об особенностях нарушений чувства юмора при разных нозологиях. Для больных шизофренией характерны трудности понимания анекдотов в результате искажения процессов обобщения, неадекватных идентификаций и уплощения эмоций. Вследствие актуализации побочных ассоциаций, только у этих больных наблюдается спонтанное наделение юмористическим смыслом неюмористических текстов. При приступообразно-прогредиентной шизофрении чувство юмора может нарушаться настолько грубо, что больные перестают отличать юмор от неюмористического материала. Проиллюстрируем это случаем. Больного Ж. (приступообразно-прогредиентная шизофрения) попросили привести пример того, как шутят в его семье: Больной (посмотрев в окно): «Снег стаял…». Я не уверен, смешно это или нет, но, по-моему, это шутка.» Психолог: «Что вы имеете в виду?» Больной: «Ну… У нас зима, а потом резко – стаял снег и тепло…» Интересно, что единственным признаком юмора, который здесь удаётся заметить, является неожиданность происходящего, т. е. критерий, выделяемый многими авторами-теоретиками как ключевой в понимании юмора [5].

Поскольку для данных больных отличить анекдот от не анекдота может быть трудно, они ориентируются на дополнительные признаки шутки. Было выделено 2 подобных критерия: литературная форма и знак эмоции, связанной со всей содержательной областью шутки в целом. Вероятно, критерий неожиданности также относится к ним. Данные явления можно назвать компенсаторными, т. к. они позволяют больному адаптироваться социально: смеяться в ответ на шутки окружающих и даже шутить самому.

Сравнивая полученные данные с идеями А. Н. Лука [3], можно сказать, что значение уплощения эмоций в формировании чувства смешного у больных шизофренией подтвердилось. Однако если А. Н. Лук не предполагал снижения способности к интеллектуальному пониманию анекдотов у больных шизофренией, то наши результаты свидетельствуют о его наличии.

Выявленные нарушения чувства юмора по механизму неадекватной идентификации у больных шизофренией можно рассматривать как подтверждение представлений У. Поланда [9] и Н. Маркуса [7]. У. Поланд считает, что необходимым компонентом понимания юмора является шутливое восприятие, т. е. осознание того, что это – «всего лишь шутка». Н. Маркус пишет, что для понимания шутки необходимо своеобразное отстранение. Высмеиваемый объект должен восприниматься как чуждый «эго». Больным с повышенной готовностью к формированию параноидного синдрома это, очевидно, не всегда удаётся.

Для больных с аффективными расстройствами снижение способности к пониманию анекдотов не характерно, хотя и возможно. Подобные нарушения среди этих больных являются единичными и могут быть связаны с работой защитных механизмов. Единичные соскальзывания на побочные ассоциации не приводят у этих больных к наделению юмором неюмористического текста, как это может происходить у больных шизофренией.

При этом у больных с аффективным расстройством наблюдались нарушения чувства юмора в связи с неадекватной идентификацией. Но, вероятно, этот механизм является у них следствием не столько паранойяльных черт личности, сколько специфики самооценки при депрессии – склонности к самообвинению и самонаказанию.

Результаты приведённого исследования, касающиеся зависимости чувства смешного от характеристик эмоциональной сферы испытуемого, представляются противоречивыми. У здоровых испытуемых, не имевших опыта негативных эмоций в отношении объекта шутки, соответствующие анекдоты не вызывали смеха. Больные шизофренией, для которых характерно уплощение эмоций, оценивали анекдоты, требующие эмоциональной вовлечённости, как менее смешные. В то же время больные с аффективными расстройствами, имевшие больший опыт негативных эмоций, не проявляли усиления чувства юмора. Это соотносится с результатами Я. Левайна и Р. Абельсона [6], которые свидетельствуют о неспособности психически больных людей смеяться над юмористическими картинками с тревожным содержанием. Таким образом, можно сделать вывод о том, что для возникновения чувства смешного необходимо наличие определённого оптимального уровня интенсивности негативных эмоций по отношению к объекту шутки.

Список использованной литературы.

1) Зейгарник Б. В. Патопсихология. Издательство МГУ, 1986

2) Иванова Е. М. Восприятие и категоризация юмористической информации при психических заболеваниях // Социальные, экологические и экономические аспекты информационных технологий. Москва, 2003, с. 58-62

3) Лук А. Н. О чувстве юмора и остроумии. Москва, 1968

4) Лук А. Н. Эмоции и личность. Москва, 1982

5) Lefcourt H. M., Martin R. A. Humor and Life Stress: Antidote to Adversity. New York, 1986

6) Levine J., Abelson R. Humor as a Disturbing Stimulus // Levine J. Motivation in Humor. New-York, 1969

7) Marcus N. N. Treating Those Who Fail to Take Themselves Seriously: Pathological Aspects of Humor // Strean H. S. (ed.) The Use of Humor in Psychotherapy. Northvale, N.J., 1994

8) Martin R. A. Humor, Laughter, and Physical Health. Methodological Issues and Research Findings. // Psychological Bulletin, July 2001 Vol. 127, No. 4, pp. 504-519

9) Poland W. S. The gift of laughter // Strean H. S. (ed.) The Use of Humor in Psychotherapy. Northvale, N.J., 1994

Share and Enjoy: